Чемпионка России по спортивным танцам Елизавета Гавришенко о своей работе в шоу за рубежом, выгорании, штрафах и потере опоры
Контракты за границей — мечта многих профессиональных танцоров, которые ждут от него полезного опыта, новых впечатлений и знакомств. Для чемпионки России Елизаветы Гавришенко такой шанс появился в 2024 году после успешно пройденного кастинга в турецкую танцевальную компанию «Rapid group». Подписав контракт на год, она была уверена, что этот этап станет прорывом в ее карьере, изменит жизнь в лучшую сторону. Однако вместо профессионального роста Елизавета столкнулась с настоящим испытанием на прочность. После возвращения ей пришлось начинать всё заново, в условиях, которые оказались сложнее, чем до отъезда.
— Елизавета, здравствуйте! У вас была налаженная жизнь в России: друзья, семья, работа, победы в танцевальных чемпионатах. Что подтолкнуло к внезапному контракту в чужой стране, вдали от дома?
— Добрый день! В какой-то момент я словила выгорание, потому что загрузила себя работой. Тренировала взрослых и детей сутками, часто вообще без выходных. Накопилась усталость от этой рутины, эмоционально было тяжело. Как раз в этот момент я увидела информацию о кастинге на работу в танцевальном шоу в Турции и заинтересовалась. Я вообще люблю пробовать что-то новое и сложное.
— Можно сказать, что вы уезжали не просто в другую страну, а «убегали» от прошлой версии себя, привычного распорядка, который не устраивал?
— Да, это так.
— Были ли сомнения? Что мешало окончательно принять решение на начальном этапе?
— Безусловно, были. Я понимала, что мне нужно оставить всю привычную жизнь и стабильность, которая была, неважно, устала я от нее или нет. Было страшно, как примут в другой стране, переживала, что останусь совсем одна.
— Оправдались ли ожидания в первые дни контракта?
— Первое впечатление всегда обманчиво. Вначале это было что-то новое для меня, я горела этим, мне очень нравилось, с коллегами выстроились хорошие отношения. В процессе поняла, что это была красивая картинка сквозь розовые очки. К сожалению, люди не всегда сразу показывают свой настоящий характер. Мы каждый день находились рядом, работали 24/7 вместе, поэтому уставали друг от друга, были конфликты и недопонимания.
— У вас была хорошая карьера в спортивных танцах, вы стали чемпионкой России, вас звали на мастер-классы. Были ли моменты на контракте, когда вы чувствовали, что там ваш танец и способности недооценили?
— В этом плане проблем не было, потому что работа в шоу сильно отличается от того, чем я занималась раньше, поэтому я наоборот старалась еще больше совершенствоваться. Танцевальному опыту там я очень благодарна, мне удалось освоить новые направления, поработать в команде.
— Возникало ли ощущение того, что работодатели воспринимали вас не как человека и танцора, а как ресурс и проект?
— С руководителями было много недопониманий и конфликтов. В процессе работы постоянно появлялись штрафные санкции, которых не было в контракте, иногда казалось, что их придумывают из головы, чтобы извлечь больше выгоды. Девушек любили взвешивать перед зарплатой, чтобы сокращать вознаграждение. У меня была ситуация, когда я набрала около килограмма, меня оштрафовали. Было эмоциональное давление, не все руководство умеет разговаривать без криков.
— Какое самое страшное чувство вы испытывали там?
— Я осознавала, что теряю связь с людьми, которые остались в России. Было тяжело от понимания того, что не будет прежнего общения со многими друзьями, хотя они мне очень дороги. Родители поддерживали, с мамой общалась каждый день. Мне часто приходилось врать, что все хорошо, я не хотела ее беспокоить.
— Мы поговорили об эмоциональной нагрузке, как этот год отразился на здоровье и физическом состоянии?
— У нас, к сожалению, не было возможности болеть, мы должны были выходить на сцену в любом состоянии. У меня были проблемы со здоровьем, сильные боли в животе, какое-то время меня отказывались отвезти или хотя бы отпустить в больницу, я дорабатывала со слезами на глазах, но я и сама понимала, что не хочу подводить команду. Позже была травма ноги, с ней меня так и не свозили к врачу. Я очень ждала возвращения домой, чтобы проверить свое здоровье.
— Несмотря на все сложности, что вы вынесли из этого контракта?
— В любом случае, я не жалею, что поехала, не каждый сможет так рискнуть. Это мой опыт, он был интересным, мне будет что рассказать детям.
— Какие ощущения после возвращения домой? Было ли чувство, что вы оставили часть себя там и теперь целиком не можете быть в одном месте?
— Ужасный период. Когда оставались последние дни контракта, я не понимала, к чему возвращаюсь домой. На протяжении года я жила в Турции, привыкла к другому окружению и ритму жизни. Вернуться обратно было эмоционально тяжело. Я стала чувствовать себя одиноко, потеряла связь с близкими людьми. Было даже желание ненадолго задержаться дома и улететь снова. Сейчас все приходится начинать с чистого листа, сейчас у меня нет постоянной работы, потому что я оставила ее, уехав на контракт. Восстанавливаю эмоциональное состояние и ищу себя.
— Допускаете ли вы, что подобные контракты еще могут случиться в вашей карьере?
— Ехать никуда больше не хочу, оставлю как опыт и буду развиваться в России. Поняла, что это сезонная работа: по возвращению домой приходится начинать все сначала, ты не знаешь, чем себя занять. Мне хочется снова стабильности.
Автор: Полина Зубкова
